В воздухе пахло влажностью, теплом, 76 бензином и немножечко морем. К терминалу аэропорта подъехала ретро-машина. Я спешно достала телефон, чтобы сфотографировать ее на фоне бело-синего полосатого флага с белой звездой на красном треугольнике. Тогда я еще не знала, что фотографии этих машин через неделю заполнят всю память моего телефона.

Было что-то около 8 утра. Солнце уже иссушало лужи от тропического ливня, который, видимо, пробежался ночью, и оставляло розоватую дымку вдоль горизонта. А часы бесстыдно врали и показывали час ночи по Москве. Кажется, джетлага не избежать.

12-часовой перелет прошел хорошо — на этот раз я подготовилась к нему как следует: не ложилась спать вечером, чтобы поспать в самолете, хорошенько поела перед тем, как вызвать такси в аэропорт, взяла с собой надувную подушку, небольшой плед и хорошую книжку, зарядила пауэрбанк, купила в дорогу здоровых перекусов из «ВкусВилла», а в полете пила побольше воды. Только учиться ходить после узких сидений чартерного рейса всё равно придется заново.

Автобус уже вез нас по пустой дороге, и лишь изредка навстречу попадались старые «Жигули», под завязку забитые каким-то хламом, глазастый «Москвич» или ЗИЛ — точно такой, как под буквой З в азбуке из детства: «ЗИЛ — надежный грузовик! Я водить его привык».

Всё выглядело так, будто мы где-нибудь в Цивильском районе белой Чувашии, а никак не на Кубе, в провинции Матанзас. Но подозрительно хорошие дороги со знаками ограничения скорости 100, выглядывающие иногда пальмы и неприлично бирюзовое море вдоль трассы возвращали нас в карибскую реальность.

Впереди — пост перед платной дорогой с огромными многообещающими буквами VARADERO и почти две недели свадебного путешествия.

Чек-ин

Заселение в отели на Кубе обычно только в 4 часа вечера, и я была к этому готова.

— Вы можете заплатить мне 20 долларов, и я вам дам карту от номера сейчас же, — на хорошем английском затараторила симпатичная кубинка на ресепшен.

Спасибо, но нет. В стране, где средняя зарплата — 2530 долларов в месяц, а продукты всё так же выдают по талонам, я не готова отдавать двадцатку просто так, даже если придется еще 6 часов обойтись без душа. Тогда я еще не знала, что 20 долларов для туриста на Кубе — это вот прям почти так же мало, как денег у меня на следующий день после стипендии на первом курсе. И вообще сюда лучше привозить евро, а не доллары.

Мы переоделись где-то в туалете, оставили чемодан на ресепшен и получили отельный браслет.

Этот браслет интересная штука. Он как портал на совсем другую Кубу сытую, счастливую и свободную.

А вот за пределами отеля он как клеймо для местных он означает, что вот эту белую обезьяну можно развести на раз-два. К счастью, уже через пару дней твой левел проницательности повышается, и таких трюкачей ты щелкаешь, как орешки.

Ол: великий и ужасный

Время — почти 10, и мы еще успеваем позавтракать. Ох уж этот великий и ужасный ол-инклюзив. Тетенька жарит в тостере уже вторую буханку. Другая набрала целую тарелку сливочного масла. За яичницей выстроилась такая очередь, как в «Волмарте» на кассе в Черную пятницу. Возле мужика стоит три пустые тарелки, а он невозмутимо уплетает добрую четверть арбуза, хотя сам уже больше похож на арбуз такой же красный от знойного солнца и пузатый.

Вообще к ол-инклюзиву, чревоугодию из жадности и всяким лебедям на кровати я всегда относилась с иронией мол, они только для ленивых путешественников и пьяных тюленьих каникул. По крайней мере, египетские флешбеки 5-летней давности напоминали мне об этом. Тогда я еще не знала, что выбрать отель с ол-инклюзивом в Варадеро было хорошим решением.

Я осторожно прошла мимо того арбузного мужика — кажется, еще чуть-чуть, и он бомбанет, как атомный гриб, — нашла Колю глазами и села рядом, с любопытством разглядывая его тарелку. Из чужой ведь всегда вкуснее.

Мы ребята некапризные, к тому же годы вегетарианства научили радоваться тем крупицам, что нам удается найти в обычном мясном общепите. Слипшиеся макароны, слипшийся рис, черные бобы, листья салата, гигантские огурцы, зеленые помидоры, салат из макарон с листьями салата и гигантскими огурцами, салат из риса с листьями салата и гигантскими огурцами, грейпфруты, какая-то непонятная субстанция — то ли разваренная картошка, то ли разваренный батат. Уже неплохо.

Всё до ужаса пресное? Ничего, сейчас сама посолю-поперчу, к тому же соль — это белая смерть. Всё однообразное? Ничего, зато какие они выдумщики — из ничего приготовить столько всего. Помидоры зеленые? Ничего, это же интересно  — я такие никогда не пробовала, к тому же как символично, что я как раз сейчас читаю «Жареные зеленые помидоры в кафе Полустанок». Фрукты невкусные? Ничего, наверное, несезон.

Тогда я еще не знала, что мне предстоит есть только это каждый день, а моя сокровищница с фуд-позитивом с каждым разом будет всё больше пустеть.

Жуткий запах, как в школьной столовке, перебивало то, что дымилось из Колиной чашки. Я старалась не пить кофе уже почти год, но тот аромат вызвал у меня рефлексы в духе собак Павлова. Как хорошо, что Коля не Джо и он делится едой, а еще кофе и пироженками. По-моему, это был лучший кофе в моей жизни.

Пляжи

Через минут десять еще случилась лучшая пина-колада в жизни. Мы уже лежали на пляже — магически чистом и немноголюдном. Последнее особенно удивительно, ведь Варадеро — чуть ли не главный курорт Кубы. Почти как Сочи в России, только вообще ни разу не Сочи.

Варадеро — это один сплошной идиллический пляж длиной километров двадцать. Никаких тебе пляжных приставал и шумных забегаловок, только бело-пудровый песочек, соломенные зонтики, пальмы и море. Море, которое начинается с пушистой белой пенки  на лазурной волне, а заканчивается тонкой синей полоской на горизонте. Море, безумно теплое и безумно ласковое. Всё именно так, как рисует воображение и показывают Яндекс.Картинки.

Мы лежали, поглощенные плеском волн и ритмами музыки из наушников. Всё вокруг казалось слишком прекрасной химерой.

Всё-таки как мало нужно человеку. Всё как у Роберта Рождественского. И еще кусочек Карибского моря, пожалуйста.

Иногда для того, чтобы вспомнить, как же чудесна эта жизнь, достаточно пина-колады в 10 утра и Карибского побережья.

Старый Варадеро

Есть у такого отдыха один минус — он быстро надоедает. Нас хватило на пару часов на пляже и у бассейна, и мы решили прогуляться по окрестностям. Наш отель находился в старой части Варадеро, на авениде Кавама, заключенный между морем и лагуной де Пасо Мало. В старой части города почти всем отелям больше полувека, а инфраструктура — это, по сути, одна улица с редкими магазинами, аптеками, почтой и обменником. Почту мы сразу приметили, чтобы перед отъездом отправить себе домой открытки. Кстати, они нам так и не пришли. Коля говорит, это всё кубинцы, а не Почта России.

На улице было пусто, если не считать крабов. Но даже те прятались в свои земляные норы вдоль тротуаров — где-то эти крабьи норы были совсем маленькие, где-то размером примерно с однушку в хрущевке.

Мы все шли, а навстречу нам не попадалось никого. В смысле вообще никого. Даже некоторые отели казались заброшенными: одинокие домики-бунгало с запыленными стеклянными дверями, бассейны без воды — и это на самом берегу потрясающе бесплатного Карибского моря.

Будто мы попали в кадры из какого-нибудь постапокалиптического фильма или хоррора, где всех сожрала неведомая хрень.

Солнце нещадно жарило, поэтому надпись «Mercado» означала спасение — в магазине будут хотя бы кондиционеры. Нам попался какой-то странный магазин: в нем, кроме кондиционеров, почти ничего и не было. Даже воды. Это был мой первый день на Кубе, и я тогда еще многого не знала.

Люди

Вообще в Варадеро отдыхает не так много русских, как я думала. По большей части здесь испанцы, канадцы и сами кубинцы — местные нувориши. И они пьют здесь постоянно: днем, вечером и даже утром — так, для блеска в глазах. Но делают они это как-то грациозно, что ли, с умом. Не ведут себя как мрази, не прыгают бомбочкой в бассейн и не кричат «Тагил!» (или что там у наших сейчас модно кричать).

Больше, чем любят пить, они не любят двигаться, поэтому придумали гениальную схему: все эти дайкири, пина-колады, куба-либре они наливают в большие термокружки.

И урок высшей математики. Дано: кубинский бармен наливает стакан пива примерно 2 минуты. Один испанец может унести 8 стаканов пива за один раз. Вопрос: дождется ли Коля свой пивасик, если перед ним в очереди стоит испанец со своей подружкой?

Отели

Коля не дождался. Ближе к 4 часам нам дали ключ от номера. Ничего особенного от кубинских отелей я не ждала: обычно это небольшие корпуса в 2–3 этажа, уставшие номера с плесенью на стенах, с пухлым телевизором и вынужденным минимализмом в интерьере. Если это, конечно, не какой-нибудь «Иберостар».

Но всё оказалось куда лучше, чем я ожидала: почти новенькая мебель, чистота, уютный балкон. А главное — море в 15 метрах от номера, а по пути — бар. При таком раскладе нас даже жуткая влажность и легкий аромат грибка не сильно смущали. Вот только лебедей на кровати не было.

Магазины

Мысль о запотевшей баночке пива после примерно 30 часов без нормального сна не давала Коле покоя. На улице уже стемнело, хотя не было еще и 8 вечера. На этот раз мы шли по проспекту Примера в другую сторону — в центр города, в том направлении, где, судя по карте Maps.me, должен быть маркет, торговый центр, парк и прочая движуха.

Но было почти так же пустынно, как днем. Густой сумеречный воздух обнимал своим теплом. Тишину нарушал лишь треск цикад где-то в деревьях и стук копыт — это лошади, запряженные в повозки, мерно цокали по главной дороге. По пути нам попадались только редкие забегаловки, где за пластиковыми столиками скучали местные, и частные дома для аренды — casa particular, где на террасах в креслах-качалках развалились небольшие компании, потягивая ром. Мы прошли уже километра полтора, когда перед нами появился магазин — типичный мини-маркет.

Чуда не произошло. В магазине опять ничего не было. То есть полки были как бы не пустые, но сплошь заваленные одинаковым товаром. Макароны, подсолнечное масло, какие-то хлопья, дико дорогие печеньки, консервированные бобы и ананасы в огромных жестяных банка, ром (очень много рома), средства для стирки, тазики — это вот вообще всё, что было. И не как обычно: пришел ты такой в магазин и думаешь: «Пасту хочу». И вот фарфалле тебе, вот тальятелле, вот ригатони, а хочешь — вообще паппарделле возьми. На Кубе всё проще — берешь макароны (а они есть только одного вида) и не выпендриваешься.

Куба и правда остров свободы. Вот только свобода здесь своя, особенная.  Хочешь — макароны покупай, хочешь — томатную пасту, хочешь — ром, а хочешь — средство для стирки. Но скорее всего ты ничего не хочешь, потому что в магазине на полках больше ничего и нет.

А пива тогда мы так и не попили.

Весь Варадеро за 30 минут

Одна из немногих нормальных фишек, которую переняли кубинцы — это двухэтажные красные hop-on hop-off басы. Суть простая: платишь один раз и можешь ездить целый день сколько угодно. Вышел на нужной остановке, погулял, сел на следующий автобус, поехал — и так циклично, как в сансаре. И если в других странах и городах это не самый очевидный выбор осознанного путешественника, то в Варадеро чуть ли не единственное развлечение.

Здесь такие автобусы называются TRANSTUR Varadero Beach tour. Проезд — 5 кук (те же 5 евро), автобусы ходят примерно каждые минут двадцать с 9 утра и до 9 вечера, хотя по моим ощущениям они переставали ходить намного раньше.

Ветер трепал мои волосы, утреннее солнце беспощадно обжигало плечи, кругом слышалась вьетнамско-испанско-немецкая речь, а мы просто наслаждались видами тропического города со второго этажа автобуса.

Варадеро распластался на 20-километровом полуострове Икакос, который больше похож на песчаную косу: с одной стороны — залив Карденас, с другой — океан, а между ними полоска шириной всего в километр. Этим Варадеро мне напоминал Канкун, только не такой пафосный — совсем безмятежный. Кстати, оказалось, что Варадеро и Канкун — города-побратимы. Не знаю, значит ли это что-то в современной геополитике.

С высоты второго этажа Варадеро видится таким уютным, малоэтажным, почти пасторальным. Здесь не так много ресторанчиков, совсем нет магазинов и торговых центров с мировым масс-маркетом. На дороге почти нет машин, так что прохожие вальяжно переходят дорогу в любом месте. Из транспорта — только настоящие лошадиные упряжки, пестрые ретро-тачки и коко-такси — эдакие трехколесные коробчонки в форме кокоса, похожие на ярко-желтые индийские тук-туки.

Всё вокруг такое немного потрепанное, и по картинке не сразу поймешь, какой сейчас год.

Вдоль дороги расстелились небольшие дома. Жизнь в них настолько неспешна, что целое семейство сидит во дворе, лениво болтает, пока сигара тлеет в руке деда, и даже у мальчика лет двух на вид есть свое маленькое кресло-качалка.

Если бы города были животными, то Варадеро, наверное, был бы ленивцем: вроде и надо что-то делать, но чё-то как-то лень, пойду посплю. Помните, как в фильме BBC «Планета Земля II»? Там карликовый ленивец слышит зов самки, идет к ней, переплывает реку, но делает это так мееееедленно, что когда он, наконец, находит свою самочку, она уже развлекается другим. Так и Варадеро: вроде пытается развиваться, налаживать инфраструктуру, но делает это так лениво, что знающие туристы едут в другие города (и страны).

А еще Варадеро как удав из «38 попугаев» — такой спокойный и нерасторопный, что даже немного бесит.

Вообще в Варадеро как бы только две главные улицы: авенида Примера и Автописта, и то ближе к концу полуострова первая резко перетекает во вторую. Между ними проходят небольшие пронумерованные улочки —calle (кайе), так что, чтобы потеряться в городе, надо сильно постараться.

Чем дальше увозит автобус, тем просторнее становится: исчезают одноэтажные касы, поставленные в строй, и их сменяют благородные фасады новеньких отелей, гольф-поля, а в воздухе витает легкий дух лакшери. При этом автобус едет так близко к кромке берега, что кажется, будто ты плывешь по морю. Идеально.

Заповедник Вараикакос

Мы вышли из автобуса там, где карта показывала заповедник Вараикакос. Он же Varahicacos Ecological Reserve. Жара сбивала с ног, и я чувствовала, что вот-вот схлопочу тепловой удар, по ощущениям больше похожий на бэд-трип — со мной уже было такое в Мексике.

Скромные таблички, ресепшен под большим пальмовым навесом и дружелюбное «Ола!» от двух кубинцев, местных работников. Кажется, в парке не было совсем никого. Один из парней мельком посмотрел на нас оценивающим взглядом и вручил бумажку, похожую на карту сокровищ: на карте отмечен путь, какие-то цифры, рисунки и пояснения на русском.

5 кук (320 руб.) с каждого за вход, еще 2 — за холодненькую бутылку воды, и мы уже продираемся по узкой тропе сквозь мангровые заросли и лианы. Когда-то здесь добывали минеральные соли и кристаллы — почти весь путь проходил по соляным копям, которые то там, то тут образовали провалы. По дороге попадались гигантские термитники — эдакие гонконгские общаги в мире термитов, ящерки, летучие мыши и обычные комары. Очень много комаров.

Справа и слева нас окружали огромные кактусы — настолько огромные, что были больше похожи на деревья. У одного из них даже есть имя — Эль Патриарка, или Патриарх, и ему что-то около 500 лет.

Еще древнее здесь пещеры. В них спелеологи и археологи находили человеческие останки примерно I  тысячелетия до нашей эры. Судя по всему, в пещерах люди прятались от диких животных и природных катаклизмов. Потом здесь доколумбовские индейцы проводили религиозные обряды. А одна пещера называется Мусульманской — в середине 19 века в ней прятались кубинские контрабандисты, которые называли себя Musulmanes.

Минут через 30 таких блужданий среди пещер, руин соляных пород, кактусов и мангров тропа сама вывела нас к шоссе.

— Коль, а в пещеру Амбросио мы пойдем?

— Ну нахер.

Говорю же: там было много комаров. Очень много комаров.

А вот культурных или исторических мест в Варадеро больше, по сути, и нет. Город как будто нашептывает: наслаждайтесь морем, бичес.

Парк Хосоне

Мы устроили чилл в парке Хосоне: развалились в тени деревьев, поглядывая на озеро с ажурными мостиками. Вокруг нас бегали курочки — ну совсем буколический пейзаж. Полуденный зной настолько измотал, что лень было даже почесаться, не то что разговаривать. Я почти лежала, и хотелось только одного — лежать еще сильнее.

Вообще во всех южных широтах лень возведена в абсолют — теперь понятно, почему. Люди здесь никуда не торопятся, потому что им никуда не надо. А если что — всегда это можно сделать маньяна, то есть потом, завтра, послезавтра, но скорее всего никогда.

Вот и мне захотелось немного побыть Хуанитой, захотелось свое кресло-качалку, сигару, портрет Че Гевары на стене, накладные ногти какого-нибудь безумно-безвкусного цвета, юбку покороче и толстые бедра, в которых мог бы утонуть мой дорогой Николас. Может быть, когда-нибудь в прошлой жизни так и было.

Бердвочинг и «Битлз»

Было около часа дня, и мы дошли до бара The Beatles по соседству от парка Хосоне. Он только-только открылся, так что на импровизированной террасе рядом с нами сидела только компания немцев, и внутри — пара человек за барной стойкой. Обстановка — неожиданно крутая для Кубы, и сразу вспомнились все эти душевные песни и почему-то особенно My sweet lord от Джорджа Харрисона, и культовый фильм-мюзикл Across the Universe, и фильм Yesterday, где все почему-то забыли песни легендарной четверки.

Должно быть, вечером в этом баре особенно камерно: живая музыка от местных кавер-групп и отменные кубинские коктейли. Ну а пока мы потягивали какое-то испанское пенное (наконец-то мы его нашли) и пытались уловить взглядом стремительный полет колибри, которая кружила рядом с нами. Вот такой бердвочинг мне нравится.

Ночная жизнь

В номере нас ждал конверт, подписанный администрацией отеля. В конверте — поздравления и подборка того, что им выдал поисковик по запросу «aforismos sobre el matrimonio en ruso» (это я погуглила фразу «афоризмы о браке на русском языке»). Какие они милашки.

«Брак, как хорошее вино, с годами становится лучше» — была там и такая фраза. Для символизма отлично подошло бы хорошее вино, но на Кубе такого нет, поэтому нам подарили большую бутылку 7-летнего Havana Club. Тоже очень неплохо.

Нормальной ночной жизни и вечеринок на Кубе тоже нет, а тут план на вечер появился сам собой — лежать со своей любовью, ощущать обжигающий вкус рома на губах и угадывать созвездия под аккомпанемент плеска волн.

Еда

Спустя несколько дней я всё-таки поняла, почему ол-инклюзив — не всегда зло и убийца здоровых путешествий. В Варадеро, например, это почти маст. И сейчас у меня есть несколько аргументов на этот счет.

По необъяснимой причине с едой на острове свободы просто беда. В лучшем случае она вызывает изжогу, в худшем — экзистенциальную изжогу.

Во-первых, в магазинах здесь нет почти ничего.

Во-вторых, если и удается что-то найти, это безумно дорого. Полулитровая бутылка простой воды за 1,5 кука (100 руб.), маленькая упаковка крекеров за 2,5 кука (160 руб.), маленький детский сок за кук (65 руб.) это всё, что мне удавалось купить в магазине.

В-третьих, магазины здесь закрываются неприлично рано в 8.30 вечера (но уже часов в 8 вас будут уверять, что магазин закрыт). А если магазин даже не закрыт, вы, скорее всего, будете долго-долго стоять в очереди. А если даже очереди нет, то будете смиренно ждать, пока кассирша договорит с каким-нибудь Карлосом.

В-четвертых, здесь мало кафе, и большинство из них открывается не раньше 10–12 часов утра, а закрываются они рано к полуночи уже не работает практически ничего.

В-пятых, в кафе тоже безумно дорого. И невкусно. А учитывая, что мы вегетарианцы, выбор сводится только к «Маргарите» в Kiki, овощной паэлье за 15 кук (950 руб.) в Доме Аль Капоне, багет-сэндвичу с сыром за 3 кука (200 руб.) в круглосуточном «Вернисаже» и каким-нибудь макаронам. Не пасте. Макаронам.

Зато любой коктейль даже в самой тошнотной кубинской забегаловке будет примерно в тысячу раз лучше, чем в этих наших чилл-лаунж-хука-ресто-клабах.

И да: за эти пляжи, это море и это эстетическое ликование Кубе можно простить многое.

(Visited 147 times, 1 visits today)

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *