Вы знаете, я скучаю.

Скучаю по тем временам, когда вечер с друзьями пах не душной кальянной, а теплыми летними вечерами на скамейке.

Когда не слышали слова «ипа», но знали этот горько-незабываемый вкус «жигуля».

Когда носили спортивные костюмы не потому что модно, а потому что лень переодеваться после физры.

Когда подружки — это разговоры до утра, искренний смех, болтание ножками на большой кровати в розовой комнате, в трикотажных пижамках и бабушкиных халатах, а не обезличенные одинаковостью девушки, танцующие в трусах в тиктоке и у руин моральных устоев заодно.

Когда любимый человек — вот он, рядом с тобой, ваши души соприкасаются в уютных разговорах, а не уткнулись в ленту инстаграма.

Когда из отпуска — 36 кадров с лучшими видами, а не 2 гига однотипных фотографий в неестественных нелепых позах.

Когда джинсы порезаны, лето, три полоски на кедах, а не как дела как дела это новый кадиллак.

Когда выставлять себя напоказ в нижнем белье было стыдно.

Когда толерантность — это просто не называть пид@ров пид@рами, а не все эти феминитивы в текстах, гей-прайды, ми-ту и мракобесие с BLM.

Я скучаю по старым нам. У меня аж олдскулы свело.

Мы всегда мечтали о том, что дальше будет лучше. Но, кажется, что-то пошло не так. Мы не заметили, как стали поколением селфи и авокадо-тостов. Для нас герои — Ивлеева и Джиган, профессии мечты — инфлюенсер и коуч, идеальное тело — тощие ноги и жопы-дирижабли, попробовать все значит беспорядочный секс и легкие наркотики. Квантовую физику и неорганическую химию никто почему-то попробовать не хочет.

И вроде бы у нас есть безлимитный доступ ко всем знаниям мира со скоростью 100 мегабит в секунду, а мы гуглим, есть ли у пингвинов колени, смеемся над шуточками Рептилоида в «Что было дальше» и часами залипаем в инстаграме.

А между тем свайп в соцсетях стал уже каким-то болезненным. Часто мы видим там не реальную жизнь людей, а какую-то бутафорию — до зевоты идеальную, а потому такую ненастоящую.

И эта бутафория провоцирует деструктивные эмоции, которые разрушают нас изнутри, подпитывает наших демонов невежества и страстей, иногда выдавая, как сому, небольшую порцию смешных мемасиков и милых зверушек.

Помню, еще давно в одном из выпусков Esquire я наткнулась на интервью знаменитого фотографа Питера Линдберга. Он в свое время стал ключевой фигурой в появлении феномена топ-моделей в 90-х, снимал Наоми Кэмпбелл, Синди Кроуфорд, Кейт Мосс, Наталью Водянову, Линду Евангелисту, работал над проектами Джорджо Армани, Карла Лагерфельда, Vogue, Harper’s Bazaar, Rolling Stone. И в интервью он сказал: «Я не вижу вокруг много красоты, я вижу много фейка». Кажется, все мы немного Питер Линдберг.

Можно говорить, что всему виной пропаганда Запада, телевидение, интернет, Соловьев, ютуб, белые, натуралы, упаднический путь образования, Кали-юга, правительство, ретроградный Меркурий, вымирание славянского генофонда, звезды, алкоголь, Овальный или Агутин. А можно просто правильно дозировать тот поток информации, который в последние несколько лет хлынул на нас камшотом.

На самом деле сентенции на тему потерянного поколения стары, как потасканные «вэнсы» родом из 2008-го у меня на даче. Ведь так было всегда: раньше было лучше.

Но, знаете, есть в этом декадентском движении, в этой инфляции трафика своя прелесть. Теперь то, что остается за пределами интернета, приобретает особенную, истинную ценность, становится подобным антикварной вещице, которую тебе посчастливилось найти среди гор тряпок и непотреба в секонде: умопомрачительный запах печатной книги, улыбка незнакомого ребенка, идущего навстречу, невзначай сказанный комплимент от прохожего, объятия мамы, аромат луговых цветов, кружка горячего чая из рук любимого, когда болеешь.

И когда-нибудь я научусь не листать ленту, как только проснусь с утра, и стану абсолютно счастливой.

(Visited 93 times, 1 visits today)

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *